rv01.087.01

प्रत्व॑क्षसः॒ प्रत॑वसो विर॒प्शिनोऽना॑नता॒ अवि॑थुरा ऋजी॒षिणः॑। जुष्ट॑तमासो॒ नृत॑मासो अ॒ञ्जिभि॒र्व्या॑नज्रे॒ के चि॑दु॒स्रा इ॑व॒ स्तृभिः॑॥

pratvakṣasaḥ pratavaso virapśino 'nānatā avithurā ṛjīṣiṇaḥ |
juṣṭatamāso nṛtamāso añjibhir vy ānajre ke cid usrā iva stṛbhiḥ ||

Очень бодрые, страшно сильные, брызжущие (энергией),
Несгибаемые, непоколебимые, пьющие сому из выжимок,
Самые любимые, самые мужественные, сверкающие украшениями
Украсились некие (мужи), словно зори – звездами.

Von besonderer Kraft und Stärke, überreich, unbeugsam, ungeschwächt, Trestersoma trinkend, sehr beliebt und mannhaft haben sich gewisse Männer mit Zierraten herausgeputzt wie die Sternenbilder mit den Sternen.

LOUD Singers, never humbled, active, full of strength, immovable, impetuous, manliest, bestbeloved, They have displayed themselves with glittering ornaments, a few in number only, like the heavens with stars.

rv01.087.02

उ॒प॒ह्व॒रेषु॒ यदचि॑ध्वं य॒यिं वय॑ इव मरुतः॒ केन॑ चित्प॒था। श्चोत॑न्ति॒ कोशा॒ उप॑ वो॒ रथे॒ष्वा घृ॒तमु॑क्षता॒ मधु॑वर्ण॒मर्च॑ते॥

upahvareṣu yad acidhvaṃ yayiṃ vaya iva marutaḥ kena cit pathā |
ścotanti kośā upa vo ratheṣv ā ghṛtam ukṣatā madhuvarṇam arcate ||

Когда в извилинах (горы) вы решили (отправиться) в поход
Словно птицы на каком-нибудь пути, о Маруты, –
То протекают по каплям бочки на ваших колесницах.
Кропите жиром медового цвета для вашего певца!

Wenn ihr Marut in euren Verstecken die Fahrt beschlossen habt auf jedwedem Wege wie die Vögel, so triefen die Eimer auf euren Wagen. Träufet honigfarbenes Schmalz für den Sänger!

When, Maruts, on the steeps ye pile the moving cloud, ye are like birds on whatsoever path it be. Clouds everywhere shed forth the rain upon your cars. Drop fatness, honey-hued, for him who sings your praise.

rv01.087.03

प्रैषा॒मज्मे॑षु विथु॒रेव॑ रेजते॒ भूमि॒र्यामे॑षु॒ यद्ध॑ यु॒ञ्जते॑ शु॒भे। ते क्री॒ळयो॒ धुन॑यो॒ भ्राज॑दृष्टयः स्व॒यं म॑हि॒त्वं प॑नयन्त॒ धूत॑यः॥

praiṣām ajmeṣu vithureva rejate bhūmir yāmeṣu yad dha yuñjate śubhe |
te krīḷayo dhunayo bhrājadṛṣṭayaḥ svayam mahitvam panayanta dhūtayaḥ ||

При их походах, при выездах сотрясается земля,
Словно трепещущая (жена), когда они запрягают для блеска.
Эти шумные баловни со сверкающими копьями
Сами трубят о своем величии, сотрясатели.

Unter ihren Anläufen zittert die Erde wie eine schwache Frau, bei ihren Ausfahrten, wenn sie zur Prunkfahrt anspannen. Die Tändelnden, Lärmenden mit funkelnden Speeren posaunen selbst ihre Grüße aus, die Schüttler.

Earth at their racings trembles as if weak and worn, when on their ways they yoke their cars for victory. They, sportive, loudly roaring, armed with glittering spears, shakers of all, themselves admire their mightiness.

rv01.087.04

स हि स्व॒सृत्पृष॑दश्वो॒ युवा॑ ग॒णो॒३॒॑ऽया ई॑शा॒नस्तवि॑षीभि॒रावृ॑तः। असि॑ स॒त्य ऋ॑ण॒यावाने॑द्यो॒ऽस्या धि॒यः प्रा॑वि॒ताथा॒ वृषा॑ ग॒णः॥

sa hi svasṛt pṛṣadaśvo yuvā gaṇo 'yā īśānas taviṣībhir āvṛtaḥ |
asi satya ṛṇayāvānedyo 'syā dhiyaḥ prāvitāthā vṛṣā gaṇaḥ ||

Ведь это юная стая, мчащаяся по своей воле, на пестрых конях,
Неутомимая, властная, окруженная силами...
Ты истинный безупречный погаситель долгов.
Потому толпа мужей и содействует этой молитве.

Denn diese jugendliche Schar läuft aus eigenem Antrieb mit den gefleckten Rossen, unverzagt, mächtig, von den Stärken umgeben. Du bist ein wahrhafter, untadeliger Vergelter; darum ist die bullenhafte Schar ein Gönner dieser Dichtung.

Self-moving is that youthful band, with spotted steeds; thus it hath lordly sway, endued with power and might. Truthful art thou, and blameless, searcher out of sin: so thou, Strong Host, wilt be protector of this prayer.

rv01.087.05

पि॒तुः प्र॒त्नस्य॒ जन्म॑ना वदामसि॒ सोम॑स्य जि॒ह्वा प्र जि॑गाति॒ चक्ष॑सा। यदी॒मिन्द्रं॒ शम्यृक्वा॑ण॒ आश॒तादिन्नामा॑नि य॒ज्ञिया॑नि दधिरे॥

pituḥ pratnasya janmanā vadāmasi somasya jihvā pra jigāti cakṣasā |
yad īm indraṃ śamy ṛkvāṇa āśatād in nāmāni yajñiyāni dadhire ||

Мы говорим благодаря происхождению от древнего отца.
Язык движется благодаря глазу сомы.
Ведь они, певцы, трудом достигли Индры,
Они приобрели имена, достойные жертв.

Durch unsere Abstammung von dem alten Vater führen wir das Wort; die Zunge bewegt sich von dem Auge des Soma geleitet! Da sie mit Dienst als Barden zu Indra gekommen sind, haben sie opferwürdige Namen erworben.

We speak by our descent from our primeval Sire; our tongue, when we behold the Soma, stirs itself. When, shouting, they had joined Indra in toil of fight, then only they obtained their sacrificial names.

rv01.087.06

श्रि॒यसे॒ कं भा॒नुभिः॒ सं मि॑मिक्षिरे॒ ते र॒श्मिभि॒स्त ऋक्व॑भिः सुखा॒दयः॑। ते वाशी॑मन्त इ॒ष्मिणो॒ अभी॑रवो वि॒द्रे प्रि॒यस्य॒ मारु॑तस्य॒ धाम्नः॑॥

śriyase kam bhānubhiḥ sam mimikṣire te raśmibhis ta ṛkvabhiḥ sukhādayaḥ |
te vāśīmanta iṣmiṇo abhīravo vidre priyasya mārutasya dhāmnaḥ ||

Для блеска они соединились с лучами,
Они – с поводьями (колесницы), они – с певцами, (Маруты), с прекрасными кольцами,
Они, носящие топоры, снабженные стрелами, бесстрашные.
Они (сами) сознают (свою) славную суть (Марутов).

Um damit zu prunken, haben sie sich mit Lichtglanz, mit Strahlen, mit den Sängern zusammengetan, die Träger schöner Ringe, die Axt- und Pfeilbewehrten, die Furchtlosen. Sie sind sich ihres lieben marutischen Wesens bewußt.

Splendours they gained for glory, they who wear bright rings; rays they obtained, and men to celebrate their praise. Armed with their swords, impetuous and fearing naught, they have possessed the Maruts' own beloved home.