rv01.144.01

एति॒ प्र होता॑ व्र॒तम॑स्य मा॒ययो॒र्ध्वां दधा॑नः॒ शुचि॑पेशसं॒ धिय॑म्। अ॒भि स्रुचः॑ क्रमते दक्षिणा॒वृतो॒ या अ॑स्य॒ धाम॑ प्रथ॒मं ह॒ निंस॑ते॥

eti pra hotā vratam asya māyayordhvāṃ dadhānaḥ śucipeśasaṃ dhiyam |
abhi srucaḥ kramate dakṣiṇāvṛto yā asya dhāma prathamaṃ ha niṃsate ||

Движется вперед хотар к своей службе в волшебном облике,
Высоко держа светлоокрашенную молитву.
Он направляется к жертвенным ложкам, обращенным вправо,
Которые впервые ласкают его место установления.

Der Hotri geht an sein Amt heran in Zaubergestalt, das lichtfarbene Gedicht empor hebend. Er geht den von rechts herankommenden Schmalzlöffeln entgegen, die zuerst seine Geburtsstätte mit dem Munde berühren.

THE Priest goes forth to sacrifice, with wondrous power sending aloft the hymn of glorious brilliancy. He moves to meet the ladles turning to the right, which are the first to kiss the place where he abides.

rv01.144.02

अ॒भीमृ॒तस्य॑ दो॒हना॑ अनूषत॒ योनौ॑ दे॒वस्य॒ सद॑ने॒ परी॑वृताः। अ॒पामु॒पस्थे॒ विभृ॑तो॒ यदाव॑स॒दध॑ स्व॒धा अ॑धय॒द्याभि॒रीय॑ते॥

abhīm ṛtasya dohanā anūṣata yonau devasya sadane parīvṛtāḥ |
apām upasthe vibhṛto yad āvasad adha svadhā adhayad yābhir īyate ||

Дойные коровы (вселенского) закона возликовали ему навстречу,
Замкнутые в лоне бога, в сидении (обряда).
Когда он пребывал в недрах вод, распределенный по разным местам,
Он сосал собственные силы, которыми он движется.

Die Melkkühe des frommen Brauches haben ihn angebrüllt, die im Schoße am Sitz des Gottes von den Flammen eingehüllt werden. Als er verteilt im Schoße der Wasser wohnte, da saugte er die Eigenkräfte ein, mit denen er sich bewegt.

To him sang forth the flowing streams of Holy Law, encompassed in the home and birth-place of the God. He, when he dwelt extended in the waters' lap, absorbed those Godlike powers for which he is adored.

rv01.144.03

युयू॑षतः॒ सव॑यसा॒ तदिद्वपुः॑ समा॒नमर्थं॑ वि॒तरि॑त्रता मि॒थः। आदीं॒ भगो॒ न हव्यः॒ सम॒स्मदा वोळ्हु॒र्न र॒श्मीन्सम॑यंस्त॒ सार॑थिः॥

yuyūṣataḥ savayasā tad id vapuḥ samānam arthaṃ vitaritratā mithaḥ |
ād īm bhago na havyaḥ sam asmad ā voḷhur na raśmīn sam ayaṃsta sārathiḥ ||

Две одинаково сильные (руки) стремятся удержать этот прекрасный образ,
Состязаясь друг с другом (в достижении) общей цели.
И вот (он), как Бхага, достойный призывов с нашей стороны,
Взял вожжи, как возница – (вожжи) у запряженного животного.

Die beiden Gleichaltrigen suchen seine schöne Erscheinung festzuhalten, die die gleiche Arbeit abwechselnd betreiben. Dann ist er wie Bhaga von uns anzurufen. Er hat die Zügel in die Hand genommen wie der Wagenlenker die des Zugtieres.

Seeking in course altern to reach the selfsame end the two copartners strive to win this beauteous form. Like Bhaga must he be duly invoked by us, as he who drives the car holds fast the horse's reins.

rv01.144.04

यमीं॒ द्वा सव॑यसा सप॒र्यतः॑ समा॒ने योना॑ मिथु॒ना समो॑कसा। दिवा॒ न नक्तं॑ पलि॒तो युवा॑जनि पु॒रू चर॑न्न॒जरो॒ मानु॑षा यु॒गा॥

yam īṃ dvā savayasā saparyataḥ samāne yonā mithunā samokasā |
divā na naktam palito yuvājani purū carann ajaro mānuṣā yugā ||

Тот, кого лелеют две одинаково сильные (руки),
Пара, живущая вместе в общем лоне. . .
Ночью, как и днем, седой (вновь) родился юным,
Двигаясь, не старея, сквозь многие людские поколения.

Den die beiden Gleichaltrigen hegen, das in gemeinsamem Schoße beisammen wohnende Paar. Bei Nacht wie am Tage ward der Ergraute als Jüngling wieder geboren, der ohne zu greisen viele Menschenalter durchläuft.

He whom the two copartners with observance tend, the pair who dwell together in the same abode, By night as in the day the grey one was born young, passing untouched by eld through many an age of man.

rv01.144.05

तमीं॑ हिन्वन्ति धी॒तयो॒ दश॒ व्रिशो॑ दे॒वं मर्ता॑स ऊ॒तये॑ हवामहे। धनो॒रधि॑ प्र॒वत॒ आ स ऋ॑ण्वत्यभि॒व्रज॑द्भिर्व॒युना॒ नवा॑धित॥

tam īṃ hinvanti dhītayo daśa vriśo devam martāsa ūtaye havāmahe |
dhanor adhi pravata ā sa ṛṇvaty abhivrajadbhir vayunā navādhita ||

Его погоняют поэтические мысли, десять пальцев (жреца).
Мы, смертные, зовем бога на помощь.
Из укрытия он устремляется к отлогим склонам.
С отправляющимися он создал новые вехи.

Ihn treiben die Gebete, die zehn Finger an. Wir Sterbliche rufen den Gott zum Beistand an. Aus dem Versteck heraus zieht er seine Bahnen; mit den marschierenden Flammen hat er sich neue Wege gemacht.

Him the ten fingers, the devotions. animate: we mortals call on him a God to give us help. He speeds over the sloping surface of the land: new deeds hath he performed with those who gird him round.

rv01.144.06

त्वं ह्य॑ग्ने दि॒व्यस्य॒ राज॑सि॒ त्वं पार्थि॑वस्य पशु॒पा इ॑व॒ त्मना॑। एनी॑ त ए॒ते बृ॑ह॒ती अ॑भि॒श्रिया॑ हिर॒ण्ययी॒ वक्व॑री ब॒र्हिरा॑शाते॥

tvaṃ hy agne divyasya rājasi tvam pārthivasya paśupā iva tmanā |
enī ta ete bṛhatī abhiśriyā hiraṇyayī vakvarī barhir āśāte ||

Ведь ты, о Агни, правишь небесным (миром),
Ты правишь земным, сам словно пастух.
Эти две пестрые (стихии,) высокие, выдающиеся,
Золотистые, вращающиеся, сели к тебе на жертвенную солому,

Denn du, Agni, gebeutst über das himmlische, du über das irdische Gebiet ganz wie ein Viehhüter über seine Herde. Diese beiden bunten, hohen, bevorrechteten, goldnen, beschwingten sind zu dir auf das Barhis gekommen.

For, Agni, like a herdsman, thou by thine own might rulest o'er all that is in heaven and on the earth; And these two Mighty Ones, bright, golden closely joined, rolling them round are come unto thy sacred grass.

rv01.144.07

अग्ने॑ जु॒षस्व॒ प्रति॑ हर्य॒ तद्वचो॒ मन्द्र॒ स्वधा॑व॒ ऋत॑जात॒ सुक्र॑तो। यो वि॒श्वतः॑ प्र॒त्यङ्ङसि॑ दर्श॒तो र॒ण्वः संदृ॑ष्टौ पितु॒माँ इ॑व॒ क्षयः॑॥

agne juṣasva prati harya tad vaco mandra svadhāva ṛtajāta sukrato |
yo viśvataḥ pratyaṅṅ asi darśato raṇvaḥ saṃdṛṣṭau pitumāṃ iva kṣayaḥ ||

О Агни, наслаждайся этой речью, прими (ее) благосклонно,
О веселый, самовластный, рожденный законом, с прекрасной силой духа,
(Тот,) кто направлен во все стороны, приятен на вид,
Чье лицезрение радует, как жилище, полное еды!

O Agni, laß dir diese Rede gefallen, nimm sie gut auf, du beliebter, eigenmächtiger, rechtzeitig geborener, einsichtsvoller, der du nach allen Seiten dein Gesicht zukehrst, gern gesehen, erfreulich beim Anblick wie ein speisereicher Wohnsitz!

Agni, accept with joy, be glad in this our prayer, joy-giver, self-sustained, strong, born of Holy Law! For fair to see art thou turning to every side, pleasant to look on as a dwelling filled with food.