rv01.167.01

स॒हस्रं॑ त इन्द्रो॒तयो॑ नः स॒हस्र॒मिषो॑ हरिवो गू॒र्तत॑माः। स॒हस्रं॒ रायो॑ माद॒यध्यै॑ सह॒स्रिण॒ उप॑ नो यन्तु॒ वाजाः॑॥

sahasraṃ ta indrotayo naḥ sahasram iṣo harivo gūrtatamāḥ |
sahasraṃ rāyo mādayadhyai sahasriṇa upa no yantu vājāḥ ||

Тысяча поддержек у тебя для нас, о Индра,
Тысяча самых желанных услад, о повелитель буланых коней.
Тысяча богатств пусть будет (нам) на радость,
Тысячные награды пусть придут к нам!

Du hast, o Indra, tausend Hilfen für uns, tausend sehr willkommene Labsale, du Falbenlenker. Tausend Reichtümer, tausendfältige Gewinne sollen uns zukommen, um uns zu erfreuen!

A THOUSAND are thy helps for us, O Indra: a thousand, Lord of Bays, thy choice refreshments. Wealth of a thousand sorts hast thou to cheer us: may precious goods come nigh to us in thousands.

rv01.167.02

आ नोऽवो॑भिर्म॒रुतो॑ या॒न्त्वच्छा॒ ज्येष्ठे॑भिर्वा बृ॒हद्दि॑वैः सुमा॒याः। अध॒ यदे॑षां नि॒युतः॑ पर॒माः स॑मु॒द्रस्य॑ चिद्ध॒नय॑न्त पा॒रे॥

ā no 'vobhir maruto yāntv acchā jyeṣṭhebhir vā bṛhaddivaiḥ sumāyāḥ |
adha yad eṣāṃ niyutaḥ paramāḥ samudrasya cid dhanayanta pāre ||

Пусть придут к нам Маруты со (своими) поддержками,
В том числе с лучшими, происходящими с высокого неба, (они) с прекрасной силой превращений,
Даже если их дальние упряжки
Бегут еще по ту сторону океана!

Die Marut sollen mit ihren Hilfen zu uns kommen oder mit den höchsten, vom Himmel stammenden, die Verwandlungskünstler, auch wenn ihre entferntesten Gespanne noch am anderen Ufer des Meeres laufen.

May the most sapient Maruts, with protection, with best boons brought from lofty heaven, approach us, Now when their team of the most noble horses speeds even on the sea's extremest limit.

rv01.167.03

मि॒म्यक्ष॒ येषु॒ सुधि॑ता घृ॒ताची॒ हिर॑ण्यनिर्णि॒गुप॑रा॒ न ऋ॒ष्टिः। गुहा॒ चर॑न्ती॒ मनु॑षो॒ न योषा॑ स॒भाव॑ती विद॒थ्ये॑व॒ सं वाक्॥

mimyakṣa yeṣu sudhitā ghṛtācī hiraṇyanirṇig uparā na ṛṣṭiḥ |
guhā carantī manuṣo na yoṣā sabhāvatī vidathyeva saṃ vāk ||

(Маруты,) к которым примкнула (Родаси), хорошо помещенная,  (вся) в расплавленном масле,
В золотом наряде, словно близкое копье,
Словно жена человека, тайно идущая (с другим)...
Словно обращенная к собранию священная речь, (она) со(единяет всех).

An die sich angeschlossen hat wohlaufgenommen die in Schmalz wandelnde Rodasi, in Gold gekleidet wie der hintere Teil des Speers, heimlich mitkommend wie eines Menschen Weib, von einem Zuhörerkreis umgeben wie die gelehrte Rede.

Close to them clings one moving in seclusion, like a man's wife, like a spear carried rearward, Well grasped, bright, decked with gold there is Vak also, like to a courtly, eloquent dame, among them.

rv01.167.04

परा॑ शु॒भ्रा अ॒यासो॑ य॒व्या सा॑धार॒ण्येव॑ म॒रुतो॑ मिमिक्षुः। न रो॑द॒सी अप॑ नुदन्त घो॒रा जु॒षन्त॒ वृधं॑ स॒ख्याय॑ दे॒वाः॥

parā śubhrā ayāso yavyā sādhāraṇyeva maruto mimikṣuḥ |
na rodasī apa nudanta ghorā juṣanta vṛdhaṃ sakhyāya devāḥ ||

Блистательные неутомимые Маруты (уйдя прочь) вместе с юной (Родаси),
Соединялись (с ней) как с общей (женой).
Они, грозные, не оттолкнули Родаси.
Богам понравилось усиление (их толпы) – для дружбы.

Die schmucken, unverzagten Marut zogen mit der Unparteilichen wie mit einer gemeinsamen Frau davon. Die Grausigen stießen die Rodasi nicht ab, die Götter ließen sich die Starke zur Gesellschaft gerne gefallen.

Far off the brilliant, never-weary Maruts cling to the young Maid as a joint possession. The fierce Gods drave not Rodasi before them, but wished for her to grow their friend and fellow.

rv01.167.05

जोष॒द्यदी॑मसु॒र्या॑ स॒चध्यै॒ विषि॑तस्तुका रोद॒सी नृ॒मणाः॑। आ सू॒र्येव॑ विध॒तो रथं॑ गात्त्वे॒षप्र॑तीका॒ नभ॑सो॒ नेत्या॥

joṣad yad īm asuryā sacadhyai viṣitastukā rodasī nṛmaṇāḥ |
ā sūryeva vidhato rathaṃ gāt tveṣapratīkā nabhaso netyā ||

Когда асуровой Родаси понравилось их сопровождать,
С распущенными волосами, мужественная мыслью,
Как Сурья, она взошла на колесницу почитателя,
С видом страшным, как приближение грозовой тучи.

Als es der Asurischen gefiel, sie zu begleiten, der mannhaftgesinnten Rodasi mit aufgelösten Zöpfen, so bestieg sie wie Surya den Wagen des Verehrers, von funkelndem Aussehen wie das Nahen der Wetterwolke.

When chose immortal Rodasi to follow- she with loose tresses and heroic spirit- She climbed her servant's chariot, she like Surya with cloud-like motion and refulgent aspect.

rv01.167.06

आस्था॑पयन्त युव॒तिं युवा॑नः शु॒भे निमि॑श्लां वि॒दथे॑षु प॒ज्राम्। अ॒र्को यद्वो॑ मरुतो ह॒विष्मा॒न्गाय॑द्गा॒थं सु॒तसो॑मो दुव॒स्यन्॥

āsthāpayanta yuvatiṃ yuvānaḥ śubhe nimiślāṃ vidatheṣu pajrām |
arko yad vo maruto haviṣmān gāyad gāthaṃ sutasomo duvasyan ||

Юноши устроили (на колеснице) юную жену,
Преданную красоте, твердую во время обрядов,
Когда (был готов) гимн с жертвенным возлиянием для вас, о Маруты,
(И) выжиматель сомы, служа (вам), пропел песню.

Die Jünglinge ließen die junge Frau auf den Wagen steigen, die dem Prunk zugetane, in weisen Reden feste, wenn für euch, Marut, der von Spenden begleitete Lobpreis bestimmt ist und der Somabereiter eifrig den Gesang bestimmt.

Upon their car the young men set the Maiden wedded to glory, mighty in assemblies, When your song, Maruts, rose, and, with oblation, the Soma-pourer sang his hymn in worship.

rv01.167.07

प्र तं वि॑वक्मि॒ वक्म्यो॒ य ए॑षां म॒रुतां॑ महि॒मा स॒त्यो अस्ति॑। सचा॒ यदीं॒ वृष॑मणा अहं॒युः स्थि॒रा चि॒ज्जनी॒र्वह॑ते सुभा॒गाः॥

pra taṃ vivakmi vakmyo ya eṣām marutām mahimā satyo asti |
sacā yad īṃ vṛṣamaṇā ahaṃyu sthirā cij janīr vahate subhāgāḥ ||

Я провозглашаю то, что есть истинное величие
Этих Марутов (и) достойно провозглашения:
Что (Родаси,) мужественная мыслью, гордая,
Стойкая, увозит с (собой других) благословенных жен.

Ich tue kund, was dieser Marut kündenswerte wahre Größe ist, daß die männlichgesinnte, selbstbewußte Rodasi, die so feste andere begünstigte Frauen auf der Fahrt mitnimmt.

I will declare the greatness of these Maruts, their real greatness, worthy to be lauded, How, with them, she though firm, strong-minded, haughty, travels to women happy in their fortune.

rv01.167.08

पान्ति॑ मि॒त्रावरु॑णावव॒द्याच्चय॑त ईमर्य॒मो अप्र॑शस्तान्। उ॒त च्य॑वन्ते॒ अच्यु॑ता ध्रु॒वाणि॑ वावृ॒ध ईं॑ मरुतो॒ दाति॑वारः॥

pānti mitrāvaruṇāv avadyāc cayata īm aryamo apraśastān |
uta cyavante acyutā dhruvāṇi vāvṛdha īm maruto dātivāraḥ ||

Митра, Варуна (и Арьяман) защищают (добродетельных) от порицания,
Арьяман же наказует недостойных.
И несотрясаемые твердыни сотрясаются (из-за Марутов).
Тот, кто дает лучший дар, только крепнет.

Es schützen Mitra und Varuna vor Makel, während Aryaman die Unlöblichen büßen läßt. Mag auch das Unerschütterliche, das Feste wanken, der Wunschgewährer gedieh doch, ihr Marut.

Mitra and Varuna they guard from censure: Aryaman too, discovers worthless sinners Firm things are overthrown that ne'er were shaken: he prospers, Maruts, who gives choice oblations.

rv01.167.09

न॒ही नु वो॑ मरुतो॒ अन्त्य॒स्मे आ॒रात्ता॑च्चि॒च्छव॑सो॒ अन्त॑मा॒पुः। ते धृ॒ष्णुना॒ शव॑सा शूशु॒वांसोऽर्णो॒ न द्वेषो॑ धृष॒ता परि॑ ष्ठुः॥

nahī nu vo maruto anty asme ārāttāc cic chavaso antam āpuḥ |
te dhṛṣṇunā śavasā śūśuvāṃso 'rṇo na dveṣo dhṛṣatā pari ṣṭhuḥ ||

Никогда, о Маруты, ни вблизи, ни издалека
Не достигали у нас предела вашей силы.
Набухая от силы, полной решимости,
Они решительно преграждают путь враждебности, словно потоку

Denn niemals hat man das Ende eurer Macht, ihr Marut, weder nah noch fern von uns erreicht. Durch ihre kühne Kraft überlegen, wehren sie kühnlich der Anfeindungen wie einer Wasserflut.

None of us, Maruts, near or at a distance, hath ever reached the limit of your vigour. They in courageous might still waxing boldly have compassed round their foemen like an ocean.

rv01.167.10

व॒यम॒द्येन्द्र॑स्य॒ प्रेष्ठा॑ व॒यं श्वो वो॑चेमहि सम॒र्ये। व॒यं पु॒रा महि॑ च नो॒ अनु॒ द्यून्तन्न॑ ऋभु॒क्षा न॒रामनु॑ ष्यात्॥

vayam adyendrasya preṣṭhā vayaṃ śvo vocemahi samarye |
vayam purā mahi ca no anu dyūn tan na ṛbhukṣā narām anu ṣyāt ||

Мы сегодня, мы завтра хотим именоваться
В состязании самыми любимыми у Индры.
Мы (были ими) некогда. И (пусть) день за днем нам (будет что-то) великое!
Пусть Рибхукшан, (господин) мужей, в этом будет с нами!

Wir wollen heut, wir morgen in dem Streite des Indra liebste Freunde heißen. Wir waren es früher. Und Großes soll uns Tag für Tag werden: Das möge das Oberhaupt der Männer uns gestatten.

May we this day be dearest friends of Indra, and let us call on him in fight to-morrow. So were we erst. New might attend us daily! So be with us! Rbhuksan of the Heroes!

rv01.167.11

ए॒ष वः॒ स्तोमो॑ मरुत इ॒यं गीर्मा॑न्दा॒र्यस्य॑ मा॒न्यस्य॑ का॒रोः। एषा या॑सीष्ट त॒न्वे॑ व॒यां वि॒द्यामे॒षं वृ॒जनं॑ जी॒रदा॑नुम्॥

eṣa va stomo maruta iyaṃ gīr māndāryasya mānyasya kāroḥ |
eṣā yāsīṣṭa tanve vayāṃ vidyāmeṣaṃ vṛjanaṃ jīradānum ||

Вот восхваление для вас, о Маруты, вот песня
Певца Мандарьи Маньи.
Вместе с жертвенным подкреплением пусть принесет она нам потомство!
Мы хотим найти щедрую общину, легко дарящую!

Dies Preislied, diese Lobrede des Dichters Mandarya, des Maniden, ist für euch, Marut. Er möchte durch Nahrungsfülle für seine Person zu Nachwuchs gelangen. - Wir möchten einen gastfreien Opferbündler kennen lernen, der rasch schenkt.

May this your laud, may this your song, O Maruts, sung by the poet, Mana's son, Mandarya, Bring offspring for ourselves with. food to feed us. May we find strengthening food in full abundance.