rv05.002.01

कु॒मा॒रं मा॒ता यु॑व॒तिः समु॑ब्धं॒ गुहा॑ बिभर्ति॒ न द॑दाति पि॒त्रे। अनी॑कमस्य॒ न मि॒नज्जना॑सः पु॒रः प॑श्यन्ति॒ निहि॑तमर॒तौ॥

kumāram mātā yuvatiḥ samubdhaṃ guhā bibharti na dadāti pitre |
anīkam asya na minaj janāsaḥ puraḥ paśyanti nihitam aratau ||

Юная мать тайно уносит
Укутанного мальчика (и) не дает отцу.
Лика его измененного люди перед (собой)
Не видят – он сокрыт в (солнечном) диске.

Die jugendliche Mutter trägt heimlich den verhüllten Knaben und gibt ihn nicht dem Vater. Die Leute sehen sein verändertes Antlitz nicht vor sich, das bei dem Rosselenker aufbewahrt ist.

THE youthful Mother keeps the Boy in secret pressed to her close, nor yields him to the Father. But, when he lies upon the arm, the people see his unfading countenance before them.

rv05.002.02

कमे॒तं त्वं यु॑वते कुमा॒रं पेषी॑ बिभर्षि॒ महि॑षी जजान। पू॒र्वीर्हि गर्भः॑ श॒रदो॑ व॒वर्धाप॑श्यं जा॒तं यदसू॑त मा॒ता॥

kam etaṃ tvaṃ yuvate kumāram peṣī bibharṣi mahiṣī jajāna |
pūrvīr hi garbhaḥ śarado vavardhāpaśyaṃ jātaṃ yad asūta mātā ||

Что это за мальчика ты несешь, молодка,
Как злоумышленница? Это главная жена (его) родила,
Ведь много осеней возрастал зародыш.
Я видел новорожденного, когда мать произвела (его) на свет.

Was für einen Knaben trägst du da, o Jugendliche, als Stiefmutter? Die Fürstgemahlin hat ihn erzeugt, denn viele Herbste ist die Leibesfrucht gewachsen. Ich sah den Neugeborenen, als die Mutter ihn zur Welt brachte.

What child is this thou carriest as handmaid, O Youthful One? The Consort-Queen hath bome him. The Babe unborn increased through many autumns. I saw him born what time his Mother bare him.

rv05.002.03

हिर॑ण्यदन्तं॒ शुचि॑वर्णमा॒रात्क्षेत्रा॑दपश्य॒मायु॑धा॒ मिमा॑नम्। द॒दा॒नो अ॑स्मा अ॒मृतं॑ वि॒पृक्व॒त्किं माम॑नि॒न्द्राः कृ॑णवन्ननु॒क्थाः॥

hiraṇyadantaṃ śucivarṇam ārāt kṣetrād apaśyam āyudhā mimānam |
dadāno asmā amṛtaṃ vipṛkvat kim mām anindrāḥ kṛṇavann anukthāḥ ||

Я видел златозубого, обладающего чистым цветом,
Далеко от (своего) поля примеряющего оружие,
Когда я давал ему освобождающую амриту.
Что сделают мне (люди,) не знающие Индры, не знающие гимнов?

Ich sah den Goldzahnigen von reinem Aussehen fern von seiner Flur, wie er die Waffen erprobte. Ich gebe ihm das befreiende Lebenselixier. Was können die mir anhaben, die keinen Indra, keine Lieder kennen?

I saw him from afar gold-toothed, bright-coloured, hurling his weapons from his habitation, What time I gave him Amrta free from mixture. How can the Indraless, the hymnless harm me?

rv05.002.04

क्षेत्रा॑दपश्यं सनु॒तश्चर॑न्तं सु॒मद्यू॒थं न पु॒रु शोभ॑मानम्। न ता अ॑गृभ्र॒न्नज॑निष्ट॒ हि षः पलि॑क्नी॒रिद्यु॑व॒तयो॑ भवन्ति॥

kṣetrād apaśyaṃ sanutaś carantaṃ sumad yūthaṃ na puru śobhamānam |
na tā agṛbhrann ajaniṣṭa hi ṣaḥ paliknīr id yuvatayo bhavanti ||

Я видел, как он уходит прочь со (своего) поля,
(А) само стадо не очень-то пылает (без него).
Они не удержали (его): вот он и родился.
Юные жены (от этого) становятся совсем седыми.

Ich sah ihn von seiner Flur sich entfernen, ich fand seine schöne Herde nicht mehr stattlich aussehend. Nicht haben sie ihn festgehalten, denn jetzt ist er geboren. Die Ergrauten wurden wieder jung.

I saw him moving from the place he dwells in, even as with a herd, brilliantly shining. These seized him not: he had been born already. They who were grey with age again grow youthful.

rv05.002.05

के मे॑ मर्य॒कं वि य॑वन्त॒ गोभि॒र्न येषां॑ गो॒पा अर॑णश्चि॒दास॑। य ईं॑ जगृ॒भुरव॒ ते सृ॑ज॒न्त्वाजा॑ति प॒श्व उप॑ नश्चिकि॒त्वान्॥

ke me maryakaṃ vi yavanta gobhir na yeṣāṃ gopā araṇaś cid āsa |
ya īṃ jagṛbhur ava te sṛjantv ājāti paśva upa naś cikitvān ||

Кто те, (что) разъединили моего мужичка с коровами,
У которых не было пастуха, даже чужого?
Да отпустят (его) те, что захватили его!
Он пригонит к нам скот, зная (в этом) толк.

Wer sind die, welche mir das Männchen von den Kühen getrennt haben, die keinen Hirten, auch keinen fremden hatten? Freigeben sollen sie ihn, die ihn festhielten. Er soll die Herde zu uns eintreiben als Kundiger.

Who separate my young bull from the cattle, they whose protector was in truth no stranger? Let those whose hands have seized upon them free them. May he, observant, drive the herd to usward.

rv05.002.06

व॒सां राजा॑नं वस॒तिं जना॑ना॒मरा॑तयो॒ नि द॑धु॒र्मर्त्ये॑षु। ब्रह्मा॒ण्यत्रे॒रव॒ तं सृ॑जन्तु निन्दि॒तारो॒ निन्द्या॑सो भवन्तु॥

vasāṃ rājānaṃ vasatiṃ janānām arātayo ni dadhur martyeṣu |
brahmāṇy atrer ava taṃ sṛjantu ninditāro nindyāso bhavantu ||

Царя жилищ, жилье людей
Враждебные силы спрятали среди смертных.
Молитвы Атри да освободят его!
Да встретят хулу хулители!

Den König der Wohnungen, die Heimat der Menschen, ihn haben die Unholdinnen unter den Sterblichen verborgen. Die Beschwörungen des Atri sollen ihn befreien; die Schmäher sollen der Schmähung verfallen.

Mid mortal men godless have secreted the King of all who live, home of the people. So may the prayers of Atri give him freedom. Reproached in turn be those who now reproach him.

rv05.002.07

शुन॑श्चि॒च्छेपं॒ निदि॑तं स॒हस्रा॒द्यूपा॑दमुञ्चो॒ अश॑मिष्ट॒ हि षः। ए॒वास्मद॑ग्ने॒ वि मु॑मुग्धि॒ पाशा॒न्होत॑श्चिकित्व इ॒ह तू नि॒षद्य॑॥

śunaś cic chepaṃ niditaṃ sahasrād yūpād amuñco aśamiṣṭa hi ṣaḥ |
evāsmad agne vi mumugdhi pāśān hotaś cikitva iha tū niṣadya ||

Даже связанного Шунахшепу ты освободил
От тысячи жертвенных столбов: ведь он потрудился (на жертвоприношении).
Также и нас, о Агни, освободи от петель,
Усевшись здесь, о знающий хотар!

Selbst den Sunahisepa, der um ein Tausend angebunden war, hast du von dem Pfahle losgemacht, denn er war schon für das Opfer hergerichtet. So nimm doch auch von uns die Fesseln, o Agni, kundiger Hotri, dich hier niedersetzend!

Thou from the stake didst loose e'en Sunahsepa bound for a thousand; for he prayed with fervour. So, Agni, loose from us the bonds that bind us, when thou art seated here, O Priest who knowest.

rv05.002.08

हृ॒णी॒यमा॑नो॒ अप॒ हि मदैयेः॒ प्र मे॑ दे॒वानां॑ व्रत॒पा उ॑वाच। इन्द्रो॑ वि॒द्वाँ अनु॒ हि त्वा॑ च॒चक्ष॒ तेना॒हम॑ग्ने॒ अनु॑शिष्ट॒ आगा॑म्॥

hṛṇīyamāno apa hi mad aiyeḥ pra me devānāṃ vratapā uvāca |
indro vidvāṃ anu hi tvā cacakṣa tenāham agne anuśiṣṭa āgām ||

Ведь ты ушел от меня, сердясь –
(Это) сказал мне хранитель закона богов.
Ведь это Индра-знаток тебя обнаружил.
Наученный им, о Агни, я пришел.

Denn grollend warst du von mir fortgegangen, so hat mir der Gesetzeshüter unter den Göttern gesagt. Denn der wissende Indra hat dich entdeckt; von ihm zurechtgewiesen bin ich gekommen, Agni.

Thou hast sped from me, Agni, in thine anger: this the protector of Gods' Laws hath told me. Indra who knoweth bent his eye upon thee: by him instructed am I come, O Agni.

rv05.002.09

वि ज्योति॑षा बृह॒ता भा॑त्य॒ग्निरा॒विर्विश्वा॑नि कृणुते महि॒त्वा। प्रादे॑वीर्मा॒याः स॑हते दु॒रेवाः॒ शिशी॑ते॒ शृङ्गे॒ रक्ष॑से वि॒निक्षे॑॥

vi jyotiṣā bṛhatā bhāty agnir āvir viśvāni kṛṇute mahitvā |
prādevīr māyāḥ sahate durevāḥ śiśīte śṛṅge rakṣase vinikṣe ||

Агни ярко сверкает высоким светом.
(Своим) величием он делает видными все (предметы).
Он осиливает безбожные колдовские чары, действующие во зло.
Он оттачивает рога, чтобы пронзить ракшаса.

In hohem Licht erstrahlt Agni, er offenbart alle seine Kräfte mit Macht. Er überwindet die gottlosen böswilligen Blendwerke, er wetzt die Hörner, um den bösen Geist aufzuspießen.

Agni shines far and wide with lofty splendour, and by his greatness makes all things apparent. He conquers godless and malign enchantments, and sharpens both his horns to gore the Raksas.

rv05.002.10

उ॒त स्वा॒नासो॑ दि॒वि ष॑न्त्व॒ग्नेस्ति॒ग्मायु॑धा॒ रक्ष॑से॒ हन्त॒वा उ॑। मदे॑ चिदस्य॒ प्र रु॑जन्ति॒ भामा॒ न व॑रन्ते परि॒बाधो॒ अदे॑वीः॥

uta svānāso divi ṣantv agnes tigmāyudhā rakṣase hantavā u |
made cid asya pra rujanti bhāmā na varante paribādho adevīḥ ||

Пусть дойдет до неба треск Агни,
Вызванный (его) острым оружием, чтобы он убил ракшаса!
Его вспышки ярости разбивают (всё), (словно) в опьянении.
Не удерживают его безбожные препятствия.

Und das Getöse des Agni soll zum Himmel dringen, um mit scharfer Waffe den bösen Geist zu töten. Wie im Rausche brechen seine Zornesgluten durch, nicht halten ihn die gottlosen Hindernisse auf.

Loud in the heaven above be Agni's roarings with keen-edged weapons to destroy the demons. Forth burst his splendours in the Soma's rapture. The godless bands press round but cannot stayhim.

rv05.002.11

ए॒तं ते॒ स्तोमं॑ तुविजात॒ विप्रो॒ रथं॒ न धीरः॒ स्वपा॑ अतक्षम्। यदीद॑ग्ने॒ प्रति॒ त्वं दे॑व॒ हर्याः॒ स्व॑र्वतीर॒प ए॑ना जयेम॥

etaṃ te stomaṃ tuvijāta vipro rathaṃ na dhīraḥ svapā atakṣam |
yadīd agne prati tvaṃ deva haryāḥ svarvatīr apa enā jayema ||

Эту хвалу тебе, о рожденный могучим, я, вдохновенный,
Сложил, как искусный (мастер) – колесницу.
Если ты, о бог Агни, примешь (ее) благосклонно,
Пусть завоюем мы благодаря этому в(ды, вместе с небом!

Dies Loblied habe ich, der Redekundige, für dich gezimmert wie der verständige Künstler einen Wagen, o Starkgearteter! Wenn du, Gott Agni, es gern annehmen wirst, so würden wir damit Wasser nebst dem Sonnenlicht gewinnen.

As a skilled craftsman makes a car, a singer I, Mighty One! this hymn for thee have fashioned. If thou, O Agni, God, accept it gladly, may we obtain thereby the heavenly Waters.

rv05.002.12

तु॒वि॒ग्रीवो॑ वृष॒भो वा॑वृधा॒नो॑ऽश॒त्र्व१॒॑र्यः सम॑जाति॒ वेदः॑। इती॒मम॒ग्निम॒मृता॑ अवोचन्ब॒र्हिष्म॑ते॒ मन॑वे॒ शर्म॑ यंसद्ध॒विष्म॑ते॒ मन॑वे॒ शर्म॑ यंसत्॥

tuvigrīvo vṛṣabho vāvṛdhāno 'śatrv aryaḥ sam ajāti vedaḥ |
itīmam agnim amṛtā avocan barhiṣmate manave śarma yaṃsad dhaviṣmate manave śarma yaṃsat ||

Бык с мощным затылком, набравшись силы,
Беспрепятственно пусть отнимет имущество у врага! -
Так сказали этому Агни бессмертные (боги).
Пусть окажет он защиту человеку, расстелившему солому!
Пусть окажет он защиту человеку, возлившему жертву!

"Der Starknackige ausgewachsene Bulle Indra soll das Besitztum des Geldprotzen ohne Widerstand beitreiben", also haben die Unsterblichen zu diesem Agni gesagt. Er soll dem opfernden Menschen Schutz gewähren.

May he, the strong-necked Steer, waxing in vigour, gather the foeman's wealth with none to check him. Thus to this Agni have the Immortals spoken. To man who spreads the grass may he grant shelter, grant shelter to the man who brings oblation.