rv10.010.01

ओ चि॒त्सखा॑यं स॒ख्या व॑वृत्यां ति॒रः पु॒रू चि॑दर्ण॒वं ज॑ग॒न्वान्। पि॒तुर्नपा॑त॒मा द॑धीत वे॒धा अधि॒ क्षमि॑ प्रत॒रं दीध्या॑नः॥

o cit sakhāyaṃ sakhyā vavṛtyāṃ tiraḥ purū cid arṇavaṃ jaganvān |
pitur napātam ā dadhīta vedhā adhi kṣami prataraṃ dīdhyānaḥ ||

Как бы я хотела повернуть друга к дружбе,
Даже если он прошел много (еджан) через бурный поток!
Предусмотрительный хотел бы иметь внука (своего) отца,
Представляя себе (своего) продолжателя на земле.

Яма:

"Ich möchte doch den Freund zu einem Freundschaftsdienst bewegen. Auch wenn er noch so viele Meilen über das Meer gekommen ist, sollte er kommen. Ein musterhafter Mann soll einen Enkel seines Vaters bekommen, wenn er weiter die Zukunft der Erden bedenkt." Yama:

FAIN would I win my friend to kindly friendship. So may the Sage, come through the air's wide ocean, Remembering the earth and days to follow, obtain a son, the issue of his father.

rv10.010.02

न ते॒ सखा॑ स॒ख्यं व॑ष्ट्ये॒तत्सल॑क्ष्मा॒ यद्विषु॑रूपा॒ भवा॑ति। म॒हस्पु॒त्रासो॒ असु॑रस्य वी॒रा दि॒वो ध॒र्तार॑ उर्वि॒या परि॑ ख्यन्॥

na te sakhā sakhyaṃ vaṣṭy etat salakṣmā yad viṣurūpā bhavāti |
mahas putrāso asurasya vīrā divo dhartāra urviyā pari khyan ||

Твой друг не хочет такой дружбы,
Когда (женщина) с одинаковыми признаками становится чужой.
Сыновья великого Асуры, герои,
Поддерживатели неба, смотрят далеко вокруг.

Ями:

"Solche Freundschaft will dein Freund nicht, daß Blutsverwandtes wie Fremdartiges werde. Die Söhne des großen Asura, seine Mannen, des Himmels Erhalter schauen weit und breit umher." Yami:

Thy friend loves not the friendship which considers her who is near in kindred as stranger. Sons of the mighty Asura, the Heroes, supporters of the heavens, see far around them.

rv10.010.03

उ॒शन्ति॑ घा॒ ते अ॒मृता॑स ए॒तदेक॑स्य चित्त्य॒जसं॒ मर्त्य॑स्य। नि ते॒ मनो॒ मन॑सि धाय्य॒स्मे जन्युः॒ पति॑स्त॒न्व१॒॑मा वि॑विश्याः॥

uśanti ghā te amṛtāsa etad ekasya cit tyajasam martyasya |
ni te mano manasi dhāyy asme janyuḥ patis tanvam ā viviśyāḥ ||

Эти бессмертные желают вот чего:
Отпрыска от одного единственного смертного.
Пусть твоя мысль покоится в нашей мысли!
Пусть войдешь ты в (мое) тело, как муж к жене!

Яма:

"Die Unsterblichen wollen gerade das: einen Leibeserben von dem einzigen Sterblichen. Dein Sinn soll sich unserem Sinne fügen; als Gatte sollst du in deines Weibes Leib eingehen!" Yama:

Yea, this the Immortals seek of thee with longing, progeny of the sole existing mortal. Then let thy soul and mine be knit together, and as a loving husband take thy consort.

rv10.010.04

न यत्पु॒रा च॑कृ॒मा कद्ध॑ नू॒नमृ॒ता वद॑न्तो॒ अनृ॑तं रपेम। ग॒न्ध॒र्वो अ॒प्स्वप्या॑ च॒ योषा॒ सा नो॒ नाभिः॑ पर॒मं जा॒मि तन्नौ॑॥

na yat purā cakṛmā kad dha nūnam ṛtā vadanto anṛtaṃ rapema |
gandharvo apsv apyā ca yoṣā sā no nābhiḥ paramaṃ jāmi tan nau ||

Чего раньше мы не делали, как же это (сделать) сейчас?
(Громко) говоря истинное, шептать мы будем неистинное?
Гандхарва в водах и водяная женщина –
Это наше происхождение, это наше высшее родство.

Ями:

"Was wir früher nicht getan haben, sollen wir das jetzt tun? Das Rechte redend würden wir Unrechtes flüstern. Gandharva in dem Wasser und die Wasserfrau, die sind unser Ursprung, das ist unsere höchste Blutsverwandtschaft." Yami:

Shall we do now what we ne'er did aforetime? we who spake righteously now talk impurely? Gandharva in the floods, the Dame of Waters-such is our bond, such our most lofty kinship.

rv10.010.05

गर्भे॒ नु नौ॑ जनि॒ता दम्प॑ती कर्दे॒वस्त्वष्टा॑ सवि॒ता वि॒श्वरू॑पः। नकि॑रस्य॒ प्र मि॑नन्ति व्र॒तानि॒ वेद॑ नाव॒स्य पृ॑थि॒वी उ॒त द्यौः॥

garbhe nu nau janitā dampatī kar devas tvaṣṭā savitā viśvarūpaḥ |
nakir asya pra minanti vratāni veda nāv asya pṛthivī uta dyauḥ ||

Ведь еще в утробе прародитель создал нас двоими супругами,
Бог Тваштар, побудитель, творящий все формы.
Никто не нарушает его обетов.
Свидетели нам в этом – Земля и Небо.

Яма:

"Schon im Mutterleib hat uns der Schöpfer zu Ehegatten gemacht, der Gott Tvastri, der Bestimmer, der alle Formen bildet. Nicht übertreten sie seine Gebote; dessen sind uns Erde und Himmel Zeugen." Yama:

Even in the womb God Tvastar, Vivifier, shaping all forms, Creator, made us consorts. None violates his holy ordinances: that we are his the heavens and earth acknowledge.

rv10.010.06

को अ॒स्य वे॑द प्रथ॒मस्याह्नः॒ क ईं॑ ददर्श॒ क इ॒ह प्र वो॑चत्। बृ॒हन्मि॒त्रस्य॒ वरु॑णस्य॒ धाम॒ कदु॑ ब्रव आहनो॒ वीच्या॒ नॄन्॥

ko asya veda prathamasyāhnaḥ ka īṃ dadarśa ka iha pra vocat |
bṛhan mitrasya varuṇasya dhāma kad u brava āhano vīcyā nṝn ||

Кто знает об этом первом дне?
Кто видел его? Кто здесь возвестит?
Высоко установление Митры (и) Варуны.
О сладострастная, что же ты обращаешься с (таким) соблазном к мужчинам?

Ями:

"Wer weiß von jenem ersten Tage, wer hat ihn gesehen? Wer kann es hier aussagen? Hoch steht das Gesetz des Mitra und Varuna! Was willst du Zudringliche gegenteilig den Männern sagen?" Yami:

Who knows that earliest day whereof thou speakest? Who hatb beheld it? Who can here declare it? Great is the Law of Varuna and Mitra. What, wanton! wilt thou say to men to tempt them?

rv10.010.07

य॒मस्य॑ मा य॒म्यं१॒॑ काम॒ आग॑न्समा॒ने योनौ॑ सह॒शेय्या॑य। जा॒येव॒ पत्ये॑ त॒न्वं॑ रिरिच्यां॒ वि चि॑द्वृहेव॒ रथ्ये॑व च॒क्रा॥

yamasya mā yamyaṃ kāma āgan samāne yonau sahaśeyyāya |
jāyeva patye tanvaṃ riricyāṃ vi cid vṛheva rathyeva cakrā ||

Ко мне, Ями, пришла любовь к Яме,
Чтобы лечь с ним на совместное ложе.
Как жена мужу, хочу я отдать (свое) тело.
Да будем мы двое кататься туда-сюда, как колеса колесницы!

Яма:

"Über mich Yami ist die Liebe zu Yama gekommen, mit ihm auf gleichem Lager zusammen zu liegen. Wie das Weib dem Gatten will ich den Leib hingeben. Wir wollen hin und her schieben wie die Wagenräder!" Yama:

I, Yami, am possessed by love of Yama, that I may rest on the same couch beside him. I as a wife would yield me to my husband. Like car-wheels let us speed to meet each other.

rv10.010.08

न ति॑ष्ठन्ति॒ न नि मि॑षन्त्ये॒ते दे॒वानां॒ स्पश॑ इ॒ह ये चर॑न्ति। अ॒न्येन॒ मदा॑हनो याहि॒ तूयं॒ तेन॒ वि वृ॑ह॒ रथ्ये॑व च॒क्रा॥

na tiṣṭhanti na ni miṣanty ete devānāṃ spaśa iha ye caranti |
anyena mad āhano yāhi tūyaṃ tena vi vṛha rathyeva cakrā ||

Не стоят (на месте), не смыкают глаз те,
Что бродят здесь как соглядатаи богов.
К другому, чем я, иди скорее, сладострастная!
С ним катайся туда-сюда, как колеса колесницы!

Ями:

"Jene stehen nie still, noch schließen sie die Augen, die als Späher der Götter hienieden umgehen. Mit einem anderen als mir geh alsbald, du Zudringliche, mit dem schiebe hin und her wie die Wagenräder!" Yami:

They stand not still, they never close their eyelids, those sentinels of Gods who wander round us. Not me-go quickly, wanton, with another, and hasten like a chariot wheel to meet him.

rv10.010.09

रात्री॑भिरस्मा॒ अह॑भिर्दशस्ये॒त्सूर्य॑स्य॒ चक्षु॒र्मुहु॒रुन्मि॑मीयात्। दि॒वा पृ॑थि॒व्या मि॑थु॒ना सब॑न्धू य॒मीर्य॒मस्य॑ बिभृया॒दजा॑मि॥

rātrībhir asmā ahabhir daśasyet sūryasya cakṣur muhur un mimīyāt |
divā pṛthivyā mithunā sabandhū yamīr yamasya bibhṛyād ajāmi ||

Ночами и днями она услаждала бы его.
В (один) миг обманула бы глаз солнца.
У (нашей) пары такое же родство, как у Неба и Земли.
Ями взяла бы (на себя) (поступок) Ямы, не подобающей родне.

Яма:

"Sie würde ihm Tag und Nacht gefällig sein, sie würde für ein Weilchen das Auge der Sonne täuschen. Mit Himmel und Erde steht das Paar in gleichem Verwandtschaftsverhältnis. Yami würde des Yama ungeschwisterliches Tun auf sich nehmen." Yama:

May Surya's eye with days and nights endow him, and ever may his light spread out before him. In heaven and earth the kindred Pair commingle. On Yam! be the unbrotherly act of Yama.

rv10.010.10

आ घा॒ ता ग॑च्छा॒नुत्त॑रा यु॒गानि॒ यत्र॑ जा॒मयः॑ कृ॒णव॒न्नजा॑मि। उप॑ बर्बृहि वृष॒भाय॑ बा॒हुम॒न्यमि॑च्छस्व सुभगे॒ पतिं॒ मत्॥

ā ghā tā gacchān uttarā yugāni yatra jāmayaḥ kṛṇavann ajāmi |
upa barbṛhi vṛṣabhāya bāhum anyam icchasva subhage patim mat ||

Придут, конечно, те последующие поколения,
Когда родные будут совершать (поступок), не подобающий родне.
Подкладывай руку для (какого-нибудь) быка,
Ищи себе, прекрасная, другого, чем я, мужа!

Ями:

"Es werden später solche Geschlechter kommen, wo Geschwister Ungeschwisterliches treiben. Leg einem Bullen deinen Arm unter, such dir einen anderen als mich zum Gatten, Holde!" Yami:

Sure there will come succeeding times when brothers and sisters will do acts unmeet for kinsfolk. Not me, O fair one,-seek another husband, and make thine arm a pillow for thy consort.

rv10.010.11

किं भ्राता॑स॒द्यद॑ना॒थं भवा॑ति॒ किमु॒ स्वसा॒ यन्निरृ॑तिर्नि॒गच्छा॑त्। काम॑मूता ब॒ह्वे॒३॒॑तद्र॑पामि त॒न्वा॑ मे त॒न्वं१॒॑ सं पि॑पृग्धि॥

kim bhrātāsad yad anātham bhavāti kim u svasā yan nirṛtir nigacchāt |
kāmamūtā bahv etad rapāmi tanvā me tanvaṃ sam pipṛgdhi ||

К чему тогда есть брат, если приходится быть беззащитной?
И к чему сестра, если (все равно) обрушится небытие?
Обезумев от любви, я шепчу это снова и снова:
Соедини (свое) тело с моим телом!

Яма:

Was soll dann der Bruder, wenn man schutzlos sein soll? Was die Schwester, wenn das Verderben hereinbrechen soll? Von Liebe toll flüstere ich das immer wieder: Vereine deinen Leib mit dem meinen!" Yama:

Is he a brother when no lord is left her? Is she a sister when Destruction cometh? Forced by my love these many words I utter. Come near, and hold me in thy close embraces.

rv10.010.12

न वा उ॑ ते त॒न्वा॑ त॒न्वं१॒॑ सं प॑पृच्यां पा॒पमा॑हु॒र्यः स्वसा॑रं नि॒गच्छा॑त्। अ॒न्येन॒ मत्प्र॒मुदः॑ कल्पयस्व॒ न ते॒ भ्राता॑ सुभगे वष्ट्ये॒तत्॥

na vā u te tanvā tanvaṃ sam papṛcyām pāpam āhur yaḥ svasāraṃ nigacchāt |
anyena mat pramudaḥ kalpayasva na te bhrātā subhage vaṣṭy etat ||

Никогда не стану я соединять (свое) тело с твоим телом!
Плохим называют (того), кто войдет к сестре.
Готовь себе любовные утехи с другим, чем я!
Твой брат, о прекрасная, не хочет этого.

Ями:

"Nie will ich meinen Leib mit deinem vereinen. Einen Schlechten nennen sie den, der zur Schwester geht. Mit einem anderen als mir bereite dir die Freuden! Dein Bruder wünscht solches nicht, o Holde." Yami:

I will not fold mine arms about thy body: they call it sin when one comes near his sister. Not me,-prepare thy pleasures with another: thy brother seeks not this from thee, O fair one.

rv10.010.13

ब॒तो ब॑तासि यम॒ नैव ते॒ मनो॒ हृद॑यं चाविदाम। अ॒न्या किल॒ त्वां क॒क्ष्ये॑व यु॒क्तं परि॑ ष्वजाते॒ लिबु॑जेव वृ॒क्षम्॥

bato batāsi yama naiva te mano hṛdayaṃ cāvidāma |
anyā kila tvāṃ kakṣyeva yuktam pari ṣvajāte libujeva vṛkṣam ||

Ну и жалок же ты, Яма! Ни разума,
Ни сердца у тебя не смогли мы отыскать!
Другая, конечно, будет обнимать тебя,
Как подпруга – упряжного (коня), как лиана – дерево!

Яма:

"O Elend, ein Elender bist du, Yama! Mitnichten haben wir Sinn und Herz von dir gewonnen. Eine andere wird dich gewiß umschlingen wie der Gurt das geschirrte Roß, wie die Rankepflanze den Baum." Yama:

Alas! thou art indeed a weakling, Yama we find in thee no trace of heart or spirit. As round the tree the woodbine clings, another will cling albout thee girt as with a girdle.

rv10.010.14

अ॒न्यमू॒ षु त्वं य॑म्य॒न्य उ॒ त्वां परि॑ ष्वजाते॒ लिबु॑जेव वृ॒क्षम्। तस्य॑ वा॒ त्वं मन॑ इ॒च्छा स वा॒ तवाधा॑ कृणुष्व सं॒विदं॒ सुभ॑द्राम्॥

anyam ū ṣu tvaṃ yamy anya u tvām pari ṣvajāte libujeva vṛkṣam |
tasya vā tvam mana icchā sa vā tavādhā kṛṇuṣva saṃvidaṃ subhadrām ||

Другого и ты крепко (обними), о Ями, и другой тебя
Пусть обнимет, как лиана – дерево!
Это его мысль стремись покорить, а он – твою,
И (с ним) добейся счастливого согласия!

"Auch du sollst fein einen anderen, o Yami, und dich ein anderer umschlingen wie die Rankepflanze den Baum! Dessen Sinn suche du zu gewinnen oder er deinen und mache mit ihm einen glücklichen Bund!"

Embrace another, Yami; let another, even as the woodbine rings the tree, enfold thee. Win thou his heart and let him win thy fancy, and he shall form with thee a blest alliance.