rv10.079.01

अप॑श्यमस्य मह॒तो म॑हि॒त्वमम॑र्त्यस्य॒ मर्त्या॑सु वि॒क्षु। नाना॒ हनू॒ विभृ॑ते॒ सं भ॑रेते॒ असि॑न्वती॒ बप्स॑ती॒ भूर्य॑त्तः॥

apaśyam asya mahato mahitvam amartyasya martyāsu vikṣu |
nānā hanū vibhṛte sam bharete asinvatī bapsatī bhūry attaḥ ||

Видел я величие этого великого,
Бессмертного среди смертных племен.
По разному смыкаются (его) разверстые челюсти,
Они много сьедают, поглощая, (но) не разгрызая.

Ich habe seine, des Großen, Größe, des Unsterblichen in den sterblichen Niederlassungen erschaut. Da und dort klappen seine geöffneten Kinnbacken zusammen; ohne zu kauen fressen sie schnappend viel.

I HAVE beheld the might of this Great Being. Immortal in the midst of tribes of mortals. His jaws now open and now shut together: much they devour, insatiately chewing.

rv10.079.02

गुहा॒ शिरो॒ निहि॑त॒मृध॑ग॒क्षी असि॑न्वन्नत्ति जि॒ह्वया॒ वना॑नि। अत्रा॑ण्यस्मै प॒ड्भिः सं भ॑रन्त्युत्ता॒नह॑स्ता॒ नम॒साधि॑ वि॒क्षु॥

guhā śiro nihitam ṛdhag akṣī asinvann atti jihvayā vanāni |
atrāṇy asmai paḍbhiḥ sam bharanty uttānahastā namasādhi vikṣu ||

Спрятана (его) голова, в сторону глаза,
Не разгрызая, языком он сьедает куски дерева.
Пищу ему собирают ногами,
С поклоном, с воздетыми (для молитвы) руками среди племен.

Versteckt ist sein Kopf, abseits die Augen; ohne zu kauen ißt er mit der Zunge die Hölzer. Mit den Füßen tragen sie ihm Nahrung zusammen, mit ausgestreckten Händen nahen sie ihm unter Verbeugung in den Niederlassungen.

His eyes are turned away, his head is hidden: unsated with his tongue he eats the fuel. With hands upraised, with reverence in the houses, for him they quickly bring his food together.

rv10.079.03

प्र मा॒तुः प्र॑त॒रं गुह्य॑मि॒च्छन्कु॑मा॒रो न वी॒रुधः॑ सर्पदु॒र्वीः। स॒सं न प॒क्वम॑विदच्छु॒चन्तं॑ रिरि॒ह्वांसं॑ रि॒प उ॒पस्थे॑ अ॒न्तः॥

pra mātuḥ prataraṃ guhyam icchan kumāro na vīrudhaḥ sarpad urvīḥ |
sasaṃ na pakvam avidac chucantaṃ ririhvāṃsaṃ ripa upasthe antaḥ ||

Ища тайное место матери, он все дальше,
Словно мальчик, заползает в обширные растения.
Он нашел (его,) пылающего, словно готовая еда,
Усиленно лижущего (все вокруг) в лоне земли.

Wie ein Knabe den geheimen Ort seiner Mutter suchend kriecht er immer weiter zu den weiten Pflanzen. Er hat ihn gefunden, der wie die reife Nahrung glühte, der im Schoße der Erde leckte.

Seeking, as 'twere, his Mother's secret bosom, he, like a child, creeps on through wide-spread bushes. One he finds glowing like hot food made ready, and kissing deep within the earth's recmes.

rv10.079.04

तद्वा॑मृ॒तं रो॑दसी॒ प्र ब्र॑वीमि॒ जाय॑मानो मा॒तरा॒ गर्भो॑ अत्ति। नाहं दे॒वस्य॒ मर्त्य॑श्चिकेता॒ग्निर॒ङ्ग विचे॑ताः॒ स प्रचे॑ताः॥

tad vām ṛtaṃ rodasī pra bravīmi jāyamāno mātarā garbho atti |
nāhaṃ devasya martyaś ciketāgnir aṅga vicetāḥ sa pracetāḥ ||

Это я провозглашаю вам как истину, о две половины вселенной:
Едва рождаясь, младенец поедает родителей,
Я, смертный, не понимаю бога –
Только Агни мудрый, он понимающий.

Das verkünde ich euch als Wahrheit, o Himmel und Erde: Das neugeborene Kind frißt seine beiden Eltern. Ich der Sterbliche begreife den Gott nicht; Agni allein ist weise, er ist´s, der es versteht.

This holy Law I tell you, Earth and Heaven: the Infant at his birth dovours his Parents. No knowledge of the God have I, a mortal. Yea, Agni knoweth best, for he hath wisdom.

rv10.079.05

यो अ॑स्मा॒ अन्नं॑ तृ॒ष्वा॒३॒॑दधा॒त्याज्यै॑र्घृ॒तैर्जु॒होति॒ पुष्य॑ति। तस्मै॑ स॒हस्र॑म॒क्षभि॒र्वि च॒क्षेऽग्ने॑ वि॒श्वतः॑ प्र॒त्यङ्ङ॑सि॒ त्वम्॥

yo asmā annaṃ tṛṣv ādadhāty ājyair ghṛtair juhoti puṣyati |
tasmai sahasram akṣabhir vi cakṣe 'gne viśvataḥ pratyaṅṅ asi tvam ||

Кто ему охотно подкладывает пищу,
Возливает масло (и) жир, кормит (его),
Для того ты высматриваешь тысячей глаз.
О Агни, ты обращен (для него) во все стороны.

Wer ihm dürre Speise, das Holz, zulegt, ihm Fett und Schmalz opfert, ihn füttert, dem blickst du aus tausend Augen; o Agni, nach allen Seiten kehrst du dein Gesicht zu.

This man who quickly gives him food, who offers his gifts of oil and butter and supports him, - Him with his thousand eyes he closely looks on: thou showest him thy face from all sides, Agni.

rv10.079.06

किं दे॒वेषु॒ त्यज॒ एन॑श्चक॒र्थाग्ने॑ पृ॒च्छामि॒ नु त्वामवि॑द्वान्। अक्री॑ळ॒न्क्रीळ॒न्हरि॒रत्त॑वे॒ऽदन्वि प॑र्व॒शश्च॑कर्त॒ गामि॑वा॒सिः॥

kiṃ deveṣu tyaja enaś cakarthāgne pṛcchāmi nu tvām avidvān |
akrīḷan krīḷan harir attave 'dan vi parvaśaś cakarta gām ivāsiḥ ||

Какое насилие, прегрешение ты совершил в отношении богов?
О Агни, я спрашиваю тебя только потому, что не знаю.
Не играя (и все-таки) играя, золотистый, чтобы сьесть без зубов,
Разрезал (дерево), как нож быка по суставам.

Welche Feindseligkeit, welchen Frevel hast du an den Göttern begangen? Agni, ich frage dich nur, weil ich es nicht weiß. Nicht spielend und doch spielend muß der Goldfarbige ohne Zahn essen; er hat das Holz stückweise zerschnitten wie das Schlachtmesser ein Rind.

Agni, hast thou committed sin or treason among the Gods? In ignorance I ask thee. Playing, not playing, he gold-hued and toothless, hath cut his food up as the knife a victim.

rv10.079.07

विषू॑चो॒ अश्वा॑न्युयुजे वने॒जा ऋजी॑तिभी रश॒नाभि॑र्गृभी॒तान्। च॒क्ष॒दे मि॒त्रो वसु॑भिः॒ सुजा॑तः॒ समा॑नृधे॒ पर्व॑भिर्वावृधा॒नः॥

viṣūco aśvān yuyuje vanejā ṛjītibhī raśanābhir gṛbhītān |
cakṣade mitro vasubhiḥ sujātaḥ sam ānṛdhe parvabhir vāvṛdhānaḥ ||

Рожденный в куске дерева запряг в разные стороны коней,
Схваченных прямо летящими поводьями.
Прекрасно рожденный друг вкушает трапезу вместе с Васу,
Он стал процветать (всеми) членами.

Der Holzgeborene hat nach entgegengesetzten Seiten die Rosse angeschirrt, die er mit straffen Zügeln festhält. Der Freund von vornehmer Geburt teilt das Mahl mit den Göttern, er ist an allen Gliedern wachsend vollständig geworden.

He born in wood hath yoked his horses rushing in all directions, held with reins that glitter. The well-born friend hath carved his food with Vasus: in all his limbs he hath increased and prospered.