rv10.136.01
के॒श्य१॒॑ग्निं के॒शी वि॒षं के॒शी बि॑भर्ति॒ रोद॑सी। के॒शी विश्वं॒ स्व॑र्दृ॒शे के॒शीदं ज्योति॑रुच्यते॥
keśy agniṃ keśī viṣaṃ keśī bibharti rodasī |
keśī viśvaṃ svar dṛśe keśīdaṃ jyotir ucyate ||
Косматый (несет) огонь, косматый (несет) яд.
Косматый несет две половины вселенной.
Косматый (делает, чтоб) мир увидел солнце.
Косматый зовется светилом.
Der Langhaarige trägt das Feuer, der Langhaarige den Gifttrank, der Langhaarige beide Welten in sich. Der Langhaarige läßt die ganze Welt die Sonne schauen, der Langhaarige heißt dieses Licht.
HE with the long loose locks supports Agni, and moisture, heaven, and earth: He is all sky to look upon: he with long hair is called this light.
rv10.136.02
मुन॑यो॒ वात॑रशनाः पि॒शङ्गा॑ वसते॒ मला॑। वात॒स्यानु॒ ध्राजिं॑ यन्ति॒ यद्दे॒वासो॒ अवि॑क्षत॥
munayo vātaraśanāḥ piśaṅgā vasate malā |
vātasyānu dhrājiṃ yanti yad devāso avikṣata ||
Аскеты, подпоясанные ветром,
Одеваются в коричневые грязные одежды.
Они следует порыву ветра,
Когда боги вошли (в них).
Die windgegürteten Verzückten kleiden sich in braune Schmutzgewänder; sie gehen dem Zuge des Windes nach, wenn die Götter in sie gefahren sind.
The Munis, girdled with the wind, wear garments soiled of yellow hue. They, following the wind's swift course go where the Gods have gone before.
rv10.136.03
उन्म॑दिता॒ मौने॑येन॒ वाताँ॒ आ त॑स्थिमा व॒यम्। शरी॒रेद॒स्माकं॑ यू॒यं मर्ता॑सो अ॒भि प॑श्यथ॥
unmaditā mauneyena vātāṃ ā tasthimā vayam |
śarīred asmākaṃ yūyam martāso abhi paśyatha ||
Возбужденные состоянием аскета,
Мы оседлали ветра.
Только тела наши вы,
Смертные, видите перед собою.
"Von Verzückung entgeistert haben wir die Winde als unsere Rosse bestiegen. Nur unsere Leiber sehet ihr Sterblichen vor euch."
Transported with our Munihood we have pressed on into the winds: You therefore, mortal men. behold our natural bodies and no more.
rv10.136.04
अ॒न्तरि॑क्षेण पतति॒ विश्वा॑ रू॒पाव॒चाक॑शत्। मुनि॑र्दे॒वस्य॑देवस्य॒ सौकृ॑त्याय॒ सखा॑ हि॒तः॥
antarikṣeṇa patati viśvā rūpāvacākaśat |
munir devasya-devasya saukṛtyāya sakhā hitaḥ ||
Он летит по воздуху,
Глядя вниз на все формы.
Аскет каждому богу добрый
Друг, готовый на благое деяние.
Durch die Lüfte fliegt er, auf alle Gestalten herabschauend; der Muni ist jeglichem Gotte ein rechter Freund, zur Guttat recht.
The Muni, made associate in the holy work of every God, Looking upon all varied forms flies through the region of the air.
rv10.136.05
वात॒स्याश्वो॑ वा॒योः सखाथो॑ दे॒वेषि॑तो॒ मुनिः॑। उ॒भौ स॑मु॒द्रावा क्षे॑ति॒ यश्च॒ पूर्व॑ उ॒ताप॑रः॥
vātasyāśvo vāyoḥ sakhātho deveṣito muniḥ |
ubhau samudrāv ā kṣeti yaś ca pūrva utāparaḥ ||
Конь Ваты, друг Ваю,
Вот аскет, подстегнутый богами.
Он живет возле двух морей:
Которое восточное и (которое) западное.
Des Vata, des Sturmes Roß, des Vayu, des Windes Freund und von den Göttern getrieben ist der Verzückte. Er wohnt an beiden Meeren, am östlichen und am westlichen.
The Steed of Vata, Vayu's friend, the Muni, by the Gods impelled, In both the oceans hath his home, in eastern and in western sea.
rv10.136.06
अ॒प्स॒रसां॑ गन्ध॒र्वाणां॑ मृ॒गाणां॒ चर॑णे॒ चर॑न्। के॒शी केत॑स्य वि॒द्वान्सखा॑ स्वा॒दुर्म॒दिन्त॑मः॥
apsarasāṃ gandharvāṇām mṛgāṇāṃ caraṇe caran |
keśī ketasya vidvān sakhā svādur madintamaḥ ||
Странствуя тропой Апсарас,
Гандхарвов, диких зверей,
Аскет понимает (их) волю:
Он их милый, самый привлекательный друг.
Auf der Fährte der Apsaras´, der Gandharven, der wilden Tiere wandelnd, die Gedanken verstehend, ist der Langhaarige ihr süßer, gar entzückender Freund.
Treading the path of sylvan beasts, Gandharvas, and Apsarases, He with long locks, who knows the wish, is a sweet most delightful friend
rv10.136.07
वा॒युर॑स्मा॒ उपा॑मन्थत्पि॒नष्टि॑ स्मा कुनन्न॒मा। के॒शी वि॒षस्य॒ पात्रे॑ण॒ यद्रु॒द्रेणापि॑बत्स॒ह॥
vāyur asmā upāmanthat pinaṣṭi smā kunannamā |
keśī viṣasya pātreṇa yad rudreṇāpibat saha ||
Ваю для него сбивал (напиток),
Кунаннама выдавливала,
Когда косматый из сосуда с ядом
Пил вместе с Рудрой.
Vayu hatte ihm den Trank angerührt, Kunamnama quetschte ihn aus, als der Langhaarige zusammen mit Rudra aus der Schale vom Gifte trank.
Vayu hath churned for him: for him he poundeth things most hard to bend, When he with long loose locks hath drunk, with Rudra, water from the cup.